Штирлиц ходил по рейхсканцелярии с расстегнутой ширинкой, из которой высовывались красные трусы. И никто не догадывался, что так он отмечает Первое Мая.
Апрель 1945 года. Поражение Германии очевидно. Гитлер ходит по рейхсканцелярии и везде видит одну и ту же картину: офицеры пьянствуют и даже не обращают внимания на своего фюрера. Но зайдя в один из кабинетов, Гитлер обнаруживает Штирлица, который сидит за столом и работает. Увидев главу Третьего Рейха, Штирлиц вска- кивает, вскидывает руку и выкрикивает: "Хайль Гитлер!" В ответ фюрер устало произносит: "Максимыч, ну хоть бы ты-то не подкалы- вал."
"Хайль Гитлер!" - сказал Штирлиц, входя в кабинет к Мюллеру. "Штирлиц, - раздраженно ответил Мюллер, - если Вы не бросите эти кинчевские замашки, я напишу в "Советскую культуру"."
Гиммлер вызывает своего сотрудника. - Назовите двузначное число. - 45. - А почему не 54? - потому что 45! Гиммлер пишет характеристику "характер нордический" и вызывает следующего. - Назовите двузначное число. - 28. - А почему не 82? - Можно, конечно, и 82, но лучше 28. Гиммлер пишет характеристику "характер близок к нордическому" и вызывает следующего. - Назовите двузначное число. - 33. - А почему не... А, это Вы, Штирлиц.
"Сколько будет дважды два?" - спросил Мюллер. Штирлиц заду- мался. Он, конечно, знал, сколько будет дважды два, ему об этом недавно сообщили из центра, но он не знал, знает ли это Мюллер. И если знает, то кто ему сказал. Может быть Кальтебрунер? Тогда переговоры с Даллесом зашли в тупик.
Штирлиц зашел в кабинет и увидел Мюллера в буденовке, сидящего на столе и играющего на балалайке. "Да, Штирлиц, - меланхолично произнес Мюллер, - не один Вы тоскуете по Родине."
- Какого цвета у меня трусы? - спросил Мюллер. - Красные, - не задумываясь, ответил Штирлиц. - Вот Вы и попались! - воскликнул Мюллер, - Цвет моих трусов кроме меня знает лишь русская пианистка! - Не валяйте дурака, Мюллер, - спокойно ответил Штирлиц, - и застегните ширинку.
